1.8 Богатое приданое новым хозяевам Росгосстраха. Госкомимущество способствует незаконному отчуждению госсобственности

Огнем полыхнет, причем в ближайшее время, нарастаю­щий вокруг Росгосстра­ха скандал в связи с его прива­тизацией. Гарантия тому - ре­зультаты экспертизы Счетной палаты РФ. Они показали, как небольшая, всего из 9 человек, группа при активном содейст­вии чиновников из Госкомиму­щества намеревается заполу­чить контроль над крупнейшей государственной страховой компанией страны. Причем уп­латит каждый из них за свое приобретение сумму, не превы­шающую стоимость среднего западного автомобиля. Конеч­но, подобное возможно лишь с нарушениями законодательст­ва, которых оказалось превели­кое множество.

Суть дела такова. В феврале 1992 года правительство РФ на базе правления всем памятного Госстраха в качестве его правопреемника создало полностью государственное акционерное общество «Pocгoccтpax». Со­хранялась за этим АО и ответ­ственность перед всеми ранее  застрахованными людьми. К 1 января 1992 года было заключено 52,5 млн. стра­ховых договоров, по которым внесено 29,4 млрд. рублей. И вся эта сумма согласно Феде­ральному закону «О восстанов­лении и защите сбережений граждан Российской Федерации» должна быть проиндек­сирована и когда-то возвраще­на.

На сегодня коэффициент индексации равен примерно 8000, и потому долг только по дореформенным страховым до­говорам достиг уже почти 240 трлн. рублей. Однако ответст­венность новых акционеров, которая будет ограничена лишь стои­мостью принадлежащих им ак­ций, а это в соответствии с многократно заниженным ус­тавным капиталом чуть больше 2 млрд. рублей, практически ис­ключает правопреемственность по возврату долгов застрахо­ванным.

Удивительно, но вся наме­ченная процедура приватизации Росгосстраха, утвержденная ГКИ, построена от начала и до конца на несоблюдении зако­нов. А оперативность оформле­ния всех документов вызывает прямо-таки восхищение: 14 но­ября 1996 г. трудовой коллектив основного общества АО «Росгосстрах» подал в ГКИ заявку на приватизацию, а 18 ноября (хотя  6 и  7 были выходные дни) уже принимается решение о ее проведении. Затем спустя всего день утверждаются план приватизации, а это около 80 страниц непростого текста, а также изменения в уставе АО.  Для сравнения заме­чу, что план приватизации го­сударственного АО «Роснефть» рассматривается в ГКИ уже око­ло трех лет.

Важно отметить, что трудовой коллектив, тем более только од­ного основного общества -  «Рос­госстраха», вообще не имел пра­ва подавать заявку на прива­тизацию, так же как и ГКИ не имел права утверждать план ее проведения и изменения устава акционерного общества. АО «Росrocстрах» представ­ляет собой единую систему, в ко­торую, помимо основного упра­вляющего общества, входят  80  дочерних обществ с 1550 филиа­лами с общим числом работаю­щих около 89 тысяч человек. По­этому решение о приватизации АО в случае его правомочности должно принимать не собрание работников одного основного общества (их всего около 300 че­ловек), как это случилось, а кон­ференция полномочных пред­ставителей трудовых коллекти­вов всех обществ системы. Кроме того, согласно «Основным положе­ниям госпрограммы приватиза­ции государственных и муници­пальных предприятий», утвер­жденным указом президента РФ 22 июля 1994 года, если число ра­ботающих на предприятии пре­вышает 50 тысяч человек, план и схему его приватизации должен утверждать сам президент РФ, а не чиновники Госкомимущест­ва.

Эти правовые барьеры не единственные, которые обош­ли, разрешив, в частности, коллективу «Росгосстраха» приобре­сти акции по третьему варианту льгот: 20% акций продаются ра­ботникам АО с 30-процентной скидкой от номинальной стои­мости, а 30% акций по номи­нальной стоимости - 9 управля­ющим, берущим на себя ответ­ственность за выполнение плана приватизации АО и недопуще­ние его банкротства.

О границах этой «ответственности» уже го­ворилось выше. Однако, соглас­но указу президента РФ от 30 сентября 1995 г., решения о рас­поряжении акциями, находящи­мися в федеральной собственно­сти, каковыми являются все ак­ции «Росгосстраха», принимаются только в соответствии с ука­зами самого президента. Причем Федеральным законом «Об акци­онерных обществах» предписы­вается их продавать по рыноч­ной стоимости, а отнюдь не по льготным скидкам от номиналь­ной цены. Между тем, ГКИ раз­решил оценить стоимость всех акций «Росгосстраха» в размере де­сятикратно заниженного устав­ного капитала в 2,113 млрд. руб­лей, который определен, исходя из активов лишь основного общества. Таким образом, по цене уставного капитала основного общества ГКИ самовольно раз­решило получить новым хозяе­вам «в нагрузку» и 80 дочерних страховых обществ.

Между тем, расчетная сум­марная стоимость активов всего АО «Росгосстрах», по оценкам аудиторов Счетной палаты на 1 октября прошлого года, состави­ла 452, млрд. рублей против 11,1 млрд., указанных руко­водством АО. Следует подчерк­нуть, что активы и уставные ка­питалы дочерних АО во многом возросли благодаря начислен­ным в 1996 году дивидендам по акциям. Использовать их на эти цели решило правление АО «Росгосстрах», чем явно превысило свои полномочия. Ведь право распоряжения дивидендами принадлежит владельцу акций, в данном случае ГКИ, получивше­му их в управление от государст­ва. Поэтому государство в про­шлом году благодаря ГКИ лишилось этих доходов (оно не по­лучало их и прежде), составив­ших 29,8 млрд. рублей. И если «Росгосстрах» будет приватизиро­ван согласно утвержденному плану, то эта сумма, как и боль­шая часть капитала .дочек., ока­жется для новых владельцев так­же немалым приданным. На са­мом же деле, если называть ве­щи своими именами, это при­данное могут попросту присво­ить.

Любопытный штрих. Вопре­ки законодательству план прива­тизации «Росгосстраха» утвержден в ГКИ без расчетов стоимости обыкновенных акций, т. е. фак­тически вслепую. Представили эти расчеты спустя 1,5 месяца после утверждения плана, но сделаны они были по дан­ным баланса АО не за весь 1996 г., а лишь за первые три его квар­тала, предшествовавшие утвер­ждению плана приватизации. И по удивительному совпадению в четвертом  квартале вдруг значительно увеличился капитал «Росгосст­раха». Кстати, и эта «прибавка» окажется подарком новым хозя­евам. Если бы стоимость акций пересчитали по годовому балан­су, то от продажи 20% акций тру­довому коллективу и 30% ­группе управляющих, даже по утвержденному плану привати­зации, государство дополнитель­но получило бы 49 млрд. рублей, а при приватизации «Росгосстра­ха» как единой системы, то есть как положено, эта разница воз­росла бы до 194 млрд. рублей.

Но дело не столько в размере выручки от продажи того или иного пакета госакций, сколько в том, что приватизация АО «Ро­сгосстрах» повлечет за собой ут­рату возможностей использова­ния его активов и доходов для исполнения закона о восстановлении и защите сбережений гра­ждан. Ведь контрольным паке­том акций завладеют работники самого «Росгосстраха». Причем 41% акций, как следует из списка участников закрытой подписки, по­лучат 100 человек из основного общества, а 9 человек из них ­ получат 32% всех акций. При «распылен­ности» остальных акций элитная группа сможет заполучить и их.

На фоне происходящего с «Ро­сгосстрахом» весьма странно выглядит озабоченность Альфреда Коха со­зданием нового государственного унитарного предприятия для про­ведения обязательного государст­венного страхования за счет средств федерального бюджета. С этим предложением он письмен­но обратился в Минфин 14 нояб­ря прошлого года, то есть в день, когда в Госкомимущество посту­пила заявка «Pocroccтpaxa» на при­ватизацию. А 19 ноября тот же Альфред Кох утвердил план этой приватизации, лишив государст­во контроля над крупнейшей страховой компанией страны, осуществлявшей и обязательное государственное страхование.